Вернуться на главную страницу
Счастье как философская категория и как цель общественного развития
«Счастье - это быть полезным людям. Когда ко мне обращаются за помощью, я чувствую себя нужным, полезным людям и счастлив этим. Несчастье - это оказаться за бортом общественной жизни. Чувствовать себя оторванным от жизни и никому не нужным»
Слова Юры Лернера, приведенные Э.В. Ильенковым в статье
«Психика человека под лупой времени»
Большинство людей хотя бы раз в своей жизни задумывались о счастье. Все мы хотим достичь этого заветного состояния - счастья. А все остальное, если разобраться, является просто условием, предпосылкой заветной мечты. Но обычно считается, что счастье - это больше предмет лирической поэзии или романической литературы. Для философии эта категория считается слишком несерьезной.
На самом деле, если обратиться к истории философии, то можно увидеть, что проблему счастья начали рассматривать еще стоики. Для них счастье мыслилось как достижение гармонии с природой через состояние спокойствия, недвижения. Это состояние не должно было нарушаться никаким влечением (аффектом). И достичь этого состояния мог лишь каждый человек индивидуально.
С приходом Средневековья и началом господства христианства в обществе, сменилось и понимание счастья. Согласно христианскому учению, человек имел возможность достичь счастья только в загробной жизни, а в жизни земной должно быть только смирение и покаяние. Было в христианстве и понятие Абсолютного блага, которое заключалось в возможности достижения всеобщего счастья для людей, но в обществе это понятие все равно воспринималось только как индивидуальное достижение каждым человеком счастья в загробном мире.
Где-то в этот период счастье и выпадает из разряда философских категорий из-за слишком пристального к нему внимания религии и придания ему надуманного ореола мистицизма.
С развитием общества развивалась и религия, стараясь соответствовать запросам этого самого общества (отражая господствующие общественные отношения). Возникает протестантизм, который оказывается весьма подходящей идеологией для растущего капитализма. Как это ни парадоксально, но именно «протестантская этика» с ее культом труда и скромности в быту довольно скоро трансформируется в самое примитивное понимание счастья, какое только породило человечество. Речь идет о так называемой «американской мечте» - которая отождествляет счастье с накоплением материальных благ. Чем больше имеешь денег (капитала), тем больше имеешь счастья.
Но тогдашняя философия знает и другие теории «трудового счастья». Мы хотели бы обратить внимание на весьма революционную на то время версию «счастья в труде», которую предложил украинский философ Григорий Сковорода. Он неразрывно связывает понятие счастья и труда (деятельности). Он видит счастье в «сродном» труде - труде по задаткам и возможностям человека. Также Сковорода считает, что весь труд является общественным, так как в ходе труда люди взаимодействуют, вступают в определенные отношения друг с другом. Если человек занимается своим «сродным» трудом, то он несет благо обществу. И если все люди будут заниматься только «сродным» трудом, то в этом процессе взаимодействия и будет достигнуто всеобщее счастье. Следует отметить, что Сковорода также раскрыл понятие «несродного труда», под которым он имеет в виду труд не по задаткам и возможностям человека, принудительный труд, который ведет к деградации как человека, так и общества.
Этим Сковорода как бы предвосхитил идею молодого Маркса об отчуждении труда, с точки зрения которой современное состояние общества представляется в виде тотального несчастья. Несчастье заключается в том, что капиталистический строй делает из человека машину, автомат для изготовления продукции и, в конечном счете, производства капитала. Рабочий отчуждается от себя, от общества, от своего труда, капиталист же просто деградирует как человек, поскольку, оставаясь человеком, он не может функционировать в качестве капиталиста. В результате, как и рабочий, так и капиталист не могут достичь счастья.
Из этого следует, что счастье нужно искать не в приобретении материальных благ и не в индивидуальных особенностях человека. Действительной основой человеческого счастья может послужить только правильная организация общественного труда.
И лучшим доказательством того, что всеобщее счастье это не миф, а нормальное будущее человечества может служить эксперимент со слепоглухими детьми в Загорской школе-интернате, самое деятельное участие в котором принимал Э.В. Ильенков. Казалось, что эти дети не имели шансов не только на счастье, но и на жизнь вообще. Но через правильное включение их в общественную предметно-практическую деятельность они получили возможность испытать полноценное человеческое счастье - счастье приобщения к человеческой культуре и полноправного участия в ее создании.
Каждый человек стремиться к счастью, и этим стремлением его наделяет общество, и это же общество, в конечном счете, должно создать реальные условия для его достижения. И одним из этих условий является возможность каждому человеку иметь доступ к духовным приобретениям всего человечества, возможность их свободно усваивать. Ведь только всесторонне, гармонично развитые люди смогут достичь, осознать и ощутить подлинное, всеобщее человеческое счастье.
Счастья может достичь каждый человек, ведь предпосылкой счастья уже является то, что человек находится в обществе. Но реалии современного общества таковы, что на практике это далеко не всегда возможно. Поэтому одной из задач будущего общества есть создание таких условий, в которых каждый человек сможет достичь счастья. И когда будут реально существовать эти условия, станет возможным достижение всеобщего счастья.
:: e-mail
